Геворг Мирзаян, доцент департамента политологии Финансового университета при правительстве РФ.

Украинские власти вводят законодательный запрет русского языка в целых сегментах общественной жизни. Без этого чистую нацию не построить.

Второй сорт

Украинская формула «Один народ – одна Ненька – один Порошенко» дополнилась 4 октября новым элементом – «одна мова». В Верховной раде 261 русофоб проголосовал в первом чтении за законопроект №5670-д «Об обеспечении функционирования украинского языка как государственного». Он придает украинскому языку статус единственного официального, делает его единственным языком, на котором теперь можно получать высшее образование. На него должны перейти все СМИ, все телевидение, и даже кинотеатры (если там идут фильмы на иностранном языке, то их доля не должна превышать 10% от всего проката, и в них должны присутствовать субтитры на мове). Кроме того, на нем изначально должны общаться в магазинах, больницах и в рамках иных общественных коммуникаций. 

Теоретически в решении Рады нет ничего крамольного и тем более страшного. Да, на Украине украинцы должны знать украинский язык и вести на нем документооборот – это нормально. Да, этот язык — как искусственный и особо невостребованный в деловой сфере – изначально проигрывает конкурентную борьбу русскому языку, являющемуся фактически языком межнационального общения на постсоветском пространстве. Вот украинские власти и пытаются стимулировать его использование среди населения – поэтому это тоже нормально. В конце концов, язык – это такой же элемент нормальной государственности и суверенитета, как флаг или герб.

Вот только проблема в том, что на Украине не совсем нормальная государственность. Она создается не на консолидирующих, а на антагонистических началах. На противопоставлении не просто соседу, а государству, создавшему нынешнюю Украину и наполнившую ее своими историческими и культурными смыслами. Соответственно, идет война с этими смыслами — историей, мировоззрением и, конечно же, русским языком.

«Там, где нет украинского языка, сейчас идет война. В Крыму не было – сегодня Крым уже не в Украине, на Донбассе не было украинского языка – сегодня Донбасс захватили российские войска. Чем больше будет звучать русский язык, тем больше будет идеологии России», — заявил нардеп Михаил Головко.

Проблема в том, что носителем этих смыслов является значительная часть населения самой Украины, которая веками находилась в составе России и лишь недавно оказалась в составе никогда не существовавшего в таких границах украинского государства. Соответственно, эта часть населения позиционируется в качестве людей второго сорта, отчего в стране идет гражданский конфликт — открытый в Донбассе и скрытый (со спорадическими проявлениями в виде избиений русскоговорящих и «латентных сепаров») в остальной части Украины. Вот власть и принимает откровенно дискриминационные законы для того, чтобы проводить дальнейшую дискриминацию и «перевоспитание» чужих для нее граждан.

Про Крым, Донбасс и выборы

Параллельно с перевоспитанием языковой закон решает и ряд других задач, стоящих перед официальным Киевом, а точнее перед Петром Порошенко. Во-первых, закон еще раз напоминает о непризнании Киевом потери Крыма. В самом законе четко прописано, что все его языковые нормы распространяются и на полуостров (где украинский язык тоже имеет свой статус, однако львиная часть общения и документооборота все-таки идет на русском). Таким образом, у украинских властей появляется еще один повод постоянно будировать крымский вопрос, поддерживать его в поле общественной дискуссии (в том числе и на Западе). Ну и, наконец, подкинуть еще работку созданным Киевом «органам управления Автономной Республики Крым» — псевдополиции, псевдопрокуратуре и т.п. Пусть хоть что-то делают в рамках получаемых окладов.

Во-вторых, Порошенко вбивает еще один гвоздь в крышку гроба Минских соглашений. Ведь закон прямо противоречит этим договоренностям. Рада должна была принимать не его, а конституционные поправки, которые дают Донбассу широкую автономию, в том числе и в образовательной сфере. То есть право учиться и общаться на каком угодно языке. Сейчас же этого права Донбасс формально и законодательно лишен, что делает перспективы мирной интеграции этих территорий в Украину еще более призрачными. Это и нужно нынешней киевской власти – исполнение Минских соглашений для них (не для Украины, которой Минск дает единственный шанс на нормальное существование, а для Порошенко и сотоварищи) смерти подобно. И коль Киев не может формально отказаться от Минска (европейские партнеры не поймут, да и санкции с России Западу тогда придется снимать), то его нужно убивать тысячью вот таких уколов. Наконец, третьей задачей Порошенко является обеспечение собственного переизбрания и подъем рейтинга. Закон должен ему в этом помочь за счет провоцирования внутренней нестабильности на Украине. 

Да, теоретически сам по себе закон для населения не актуален – согласно опросам общественного мнения, которые приводит Виктор Медведчук, лишь 4% жителей Украины считают, что язык нуждается в защите — однако он поднимает весьма болезненную тему, причем как для свидомого запада Украины, так и для русскоязычного востока, и разжигает конфликт. Этот конфликт создаст такую атмосферу напряжения, которая отвлечет население от экономических вопросов, которые они могут задавать нынешней власти перед досрочными выборами.