Неяркая жизнь крымского села Яркое

40
Неяркая жизнь крымского села Яркое

Село Яркое в Ленинском районе Крыма можно назвать "умирающим": большая часть населения– пенсионеры, а из сотни человек тут осталось около 30 жителей. Единственная транспортная артерия, соединявшая село с большим миром — небольшой мостик — разрушился полтора года назад и жизни совсем не стало.

Под подошвами ботинок постоянно хлюпает грязь, смешанная с талым снегом. Асфальта в Ярком нет, также как и воды, газа, магазинов, общественного транспорта и много другого, что для жителя более-менее развитого города или села является обязательным атрибутом существования. В советский период село было частью крупного совхоза, здесь проживало около двадцати семей. Но после развала СССР "развалилась" и жизнь местного населения: люди стали буквально выживать и только собственный труд и упорство им в этом помогали. Мало по малу, село начало запустевать, люди бросали никому ненужные дома и уезжали. Надежды на то, что кто-то купит жилье в населенном пункте, от которого до райцентра 10 километров по разбитой дороге, нет и до этих пор.Табрике Батырова живет в Ярком уже 30 лет. Женщина с семьей перебралась сюда из Чечни. Сейчас она живет одна – муж умер, сын и дочь переехали, а две внучки учатся в Симферополе. В одиночку ей приходится следить за своим небольшим стадом из 10 коров и гусями, которые кормят ее, поскольку на пенсию в восемь тысяч рублей выживать трудно. Однако и этого женщина может лишиться, правда, не по вине людей.

«Волки нас атакуют просто невыносимо. Мало того, что нападают на птицу, еще и барашек и телят жрут. Мы жаловались, писали письма. Приезжали охотники, но толку от них никакого. Когда внучки со мной жили, я их провожала до школьного автобуса и встречала – волков боялись», — рассказывает тетя Таня — так Табрике называют в Ярком.

Женщина, поставив на стол чашки и налив туда ароматный кофе, быстро убегает к холодильнику и приносит небольшую горшочек с домашней сметаной.

«Хлеб привозят нам раз в неделю. Хорошо, что в деревне есть ребята — они, когда на своей машине выезжают, мы заказываем, что нам нужно, скидываемся на бензин. Вода привозная — 480 рублей платим. Но мы и этому рады. Отапливаемся дровами и углем, на это деньги в течение года откладываем», — рассказывает тетя Таня. Здесь в Ярком новые лица – редкость, поэтому хочется рассказать обо всех проблемах. Табрике Батырова видела, как село, в котором она прожила более 30 лет, начало умирать.

«В советское время мы по-другому жили: автолавка два раза в неделю приезжала, хлеб привозили каждый день. Тогда и проживало тут около 20 семей. Потом люди начали уезжать. И мы хотели обратно в Чечню, но родители говорили, что пока война не кончится нечего ехать. Потом у меня умерла дочь, муж и мы их тут и похоронили, уезжать уже некуда. Я уже никуда переезжать не хочу. Это моя собственность, моя земля. Я ее называю "фазендой», — с улыбкой говорит тетя Таня.Табрике Батырова живет в отдалении от села на небольшом пригорке. Тут же старые советские коровники, явно доживающие последние дни. Чуть ниже – пруд, который вырыли в прошлом году, чтобы у селян был доступ хотя бы к технической воде. А возле него уже само село – небольшие домики с позеленевшей от старости черепицей, в которых белые контуры стеклопакетов смотрятся как-то неуместно. Рядом с большинством домов – машины, но зачастую это или отечественные "старушки" или иномарки, возраст которых можно определить по количеству ржавчины на металлических деталях. Большая часть авто уже отслужили свое и оставлены гнить на придомовых участках.

В село ведут две дороги. Одна — через разрушенный мост, рядом с которым сделали насыпь, чтобы хоть легковые авто могли проехать, а вторая – соединяет село с военной трассой. Периодически ее пытались приводить в порядок, но толку мало – слишком уж она разбита. Из-за этого и складывается большинство проблем селян.

«Мне надо было девятого января ехать в поликлинику, а не смогла — не на чем. Сижу вот дома, болею. Все из-за этого моста… Все мы за него боремся, а толку никакого. У нас в деревне все в транспорт упирается, а машину нанимать очень дорого, не такая у меня пенсия. Нам бы автобус, хотя бы два раза в месяц чтобы ходил. И этому рады будем», — рассказывает Зера Джаппарова, приехавшая сюда из Узбекистана в 1992 году.

По сути, жизнь в селе держится на взаимовыручке.

«Кто выезжает — всегда берет пару лишних булок хлеба, кофе… Даже главе поселкового совета надоедаем: просим хлеб привезти, выручить если тяжелая ситуация», — говорит селянка. В Ярком нет людей, которые сидят без дела. Здесь единственный шанс выжить – работать не покладая рук.

«Выживаем сейчас за счет собственного хозяйства. Работаем много, продаем за копейки. Утром в шесть встаем и до самого позднего вечера работаем, пока совсем темно не станет. Единственный досуг: приехал кто из района, новости рассказал, кофе попили, вот и вся политинформация», — смеется Зера.

Уже потом селяне обмолвились: молоко у них скупают по 20 рублей за литр, говядину – по 170 рублей за килограмм. Чистый "навар" с теленка, на выращивание которого уходит несколько месяцев, – 10 тысяч рублей. Да и то, если повезет.

Текст и фото: РИА Новости Крым

Читайте также